Виктор Акимов более 15 лет реализует девелоперские проекты в Москве и Московской области. Его путь в стройке начался не с чертежей и котлованов, а в смежных сферах – финансах и юриспруденции. Такой бэкграунд сформировал комплексный взгляд на любой проект: это одновременно и финансовая модель, и юридическая конструкция, и реальный продукт, который должен отвечать ожиданиям клиентов.
Но есть и другие призмы, через которые Виктор Акимов оценивает свои проекты. Как профессиональный спортсмен он привык мыслить категориями длинной дистанции: важен не столько стартовый рывок, сколько умение сохранить силы до финиша. А как многодетный отец он смотрит на городскую среду глазами человека, для которого безопасность, инфраструктура и удобная планировка – не маркетинговые формулировки, а ежедневные реалии.
С Виктором Акимовым мы поговорили о том, как меняется рынок жилой недвижимости, почему репутация важнее разовой экономии, и какой должна быть среда, чтобы в ней хотелось жить десятилетиями.
– Рынок недвижимости за последние годы заметно изменился: меняются и запросы покупателей, и экономика проектов. Что, на ваш взгляд, становится главным критерием выбора жилья?
– Сегодня покупатель стал заметно рациональнее. Если раньше человек приобретал квадратные метры и локацию, то сейчас – качество жизни. Планировка, например, стала намного важнее: людям нужны кухни-гостиные, вместительные системы хранения, отдельные пространства для детей и родителей. Все больше востребован формат «заезжай и живи», когда не нужно несколько лет заниматься ремонтом.
Кроме этого, квартира уже не воспринимается отдельно от окружающей среды. Важен двор, наличие школы и детского сада, поликлиники, парков, магазинов. Конечно, безопасность, чтобы ребенок мог спокойно выйти из дома. Не менее актуальна транспортная доступность.
Я бы сказал так: сегодня человек выбирает не квартиру, а сценарий своей жизни на ближайшие десять–пятнадцать лет.
– В каких городах и поселках люди действительно хотят жить?
– Есть несколько очевидных тенденций: либо уже сформированная городская среда, где все есть, либо новый проект, где эта среда формируется одновременно со строительством жилья. При этом очень заметно вырос интерес к загородным объектам. Особенно у семей с детьми. Люди хотят больше пространства, природы, хотят собственный двор, но не готовы полностью отказаться от преимуществ города.
Поэтому сегодня выигрывают не просто красивые локации, а места, где можно построить полноценную жизнь. Я вообще считаю, что хороший девелопмент – это когда человеку не приходится каждый день бороться с окружающей средой.
Соответственно, и застройщики думают не только о том, что построить, а о том, как человек будет там жить. В этом как раз и заключается самая сложная часть нашей профессии: дом можно построить за год, а вот среда вокруг него должна работать десятилетиями. В момент выдачи ключей ответственность девелопера не заканчивается, а только начинается.
Я, кстати, отлично помню момент, когда первые жильцы заехали в дом, который я построил. До этого я мыслил цифрами: инвестиции, себестоимость, сроки, продажи, доходность. А потом приезжают люди и открывают дверь своей квартиры. Кто-то впервые привозит туда ребенка. Кто-то строит новую семью. Кто-то переезжает из другого города. И ты понимаешь, что для тебя это была работа, а для них – жизнь.
– Как такие большие горизонты планирования в девелопменте повлияли на ваше ощущение времени?
– Девелопмент очень хорошо учит терпению: ты привыкаешь мыслить не днями и месяцами, а годами и десятилетиями. Оформление участка, разработка концепции, проектирование, согласования, строительство, ввод, заселение – каждый этап требует времени.
Но при этом длинная дистанция состоит из маленьких побед. После каждого этапа есть промежуточный результат, который важно увидеть, прочувствовать и понять, как много уже сделано. Меня, кстати, и спорт научил тому же самому: большая дистанция выигрывается не одним рывком, а правильным темпом.
– Но ведь иногда при реализации масштабных проектов приходится идти на компромисс и выбирать: сделать быстро, дешево или правильно. Чем руководствуетесь?
– Сделать правильно. Потому что скорость и экономия – это параметры одного конкретного проекта, а репутация – это капитал на всю профессиональную жизнь. Можно один раз сэкономить на материале, один раз закрыть глаза на проблему, один раз принять неправильное решение, и в результате на годы прослыть недобросовестным застройщиком. Это завоевываешь репутацию долго, а теряешь очень быстро.
Я всегда задаю себе простой вопрос: если бы этот объект покупала моя семья, меня бы устроило то, что я сейчас делаю? Если нет, значит, решение неправильное. Все просто.
– И каким был бы дом для вашей семьи, если бы вы выбирали его сегодня?
– Во-первых, безопасным. Во-вторых, в локации с развитой инфраструктурой. В-третьих, с удобной планировкой. Жилье для большой семьи должно быть организовано очень грамотно. Нужна просторная общая зона, где все собираются вместе, и при этом у каждого должно быть свое личное пространство. Мне важны системы хранения, нормальные санузлы, качественная шумоизоляция. Еще один важный критерий – качество строительства. Дом должен быть рассчитан не на красивую презентацию, а на десятилетия эксплуатации.
А от чего бы я легко отказался, так это от лишнего пафоса. Да, бассейн может очень эффектно выглядеть на картинке, но для чего он, если никто не собирается им пользоваться? Или зачем нужна огромная площадь, если половина все равно будет простаивать? И я точно не выберу дом посреди прекрасного леса, если каждое утро мне нужно будет два часа везти детей в школу. Для меня функциональность всегда будет важнее показной роскоши.
– На ваше профессиональное видение сильно повлиял тот факт, что вы многодетный отец?
– Безусловно. Когда у тебя большая семья, ты начинаешь смотреть на дом, да и на весь город совершенно другими глазами. Для меня безопасность – это уже не просто строчка в техническом задании. Я должен понимать, сможет ли мой ребенок самостоятельно выйти во двор, дойти до площадки, до школы, спокойно вернуться домой. Поэтому закрытый двор без машин, хорошее освещение, видеонаблюдение, понятные пешеходные маршруты – это не модные опции. Это нормальная среда для жизни.
То же самое с инфраструктурой. Жизнь большой семьи – это постоянные перемещения, и хороший проект должен эту семейную логистику упрощать, а не усложнять.
– Если бы вы могли реализовать один идеальный проект без ограничений по бюджету и срокам, что бы это было?
– Наверное, это был бы проект, связанный со здоровьем и активным долголетием. Не просто медицинский комплекс и не просто жилой проект. Мне интересна идея среды, которая помогает человеку сохранять физическую активность и качество жизни как можно дольше.
Мы очень много инвестируем в то, чтобы построить дом. Но гораздо меньше думаем о том, как сделать так, чтобы человек в этом доме прожил долгую, активную и счастливую жизнь. Мне кажется, будущее девелопмента именно в этом направлении.
– Вы входите в профсоюз сотрудников и ветеранов правоохранительных и силовых структур, активно поддерживаете ветеранов МВД. Почему для вас это важно?
– Для меня это, прежде всего, вопрос уважения к людям, которые посвятили значительную часть жизни службе. Я участвую в проектах адресной поддержки ветеранов МВД, в организации консультаций, мероприятий, встреч поколений. Тема преемственности для меня особенно важна. Я считаю, что у молодого поколения должен быть доступ не только к информации из интернета, но и к живому опыту людей, которые знают, что такое долг, ответственность, выбор.
Сейчас также рассматривается проект, связанный с развитием жилищного строительства в рамках реализации ч. 5 ст. 16 ФЗ №161 от 24.07.2008 года. Мне интересна эта тема, потому что она находится на пересечении моей профессиональной деятельности и общественной работы: с одной стороны – девелопмент, с другой – возможность использовать компетенции бизнеса для решения социальных задач.
– Тема цифровой вербовки и дропперства сегодня звучит все громче: молодые люди попадают в психологические ловушки, ломают судьбы. Что, на ваш взгляд, должны делать государство, семья, общество, чтобы снизить эти риски?
– Это очень серьезная проблема, потому что преступники научились продавать молодым людям иллюзию легкого заработка. Фраза «тебе просто нужно дать карту» для подростка звучит совершенно безобидно, а последствия могут быть очень серьезными.
Я считаю, что недостаточно только ужесточать ответственность. Государство должно активно работать с организаторами таких схем и одновременно заниматься профилактикой. В школах нужны не формальные лекции, а разборы реальных кейсов. Подросток должен понимать, как это работает: сегодня тебе предлагают, условно говоря, пятьдесят тысяч, завтра ты что-то делаешь, а через неделю, месяц, год наступают вот такие последствия.
Конечно, ключевую роль здесь играет семья. Ребенку важно знать, что, если ему пришло подозрительное сообщение, он может показать его родителям, посоветоваться с ними, что делать. Его за это не накажут, не отмахнутся. Если же ребенок боится родителей или не доверяет им, то он остается один на один с человеком, который его вербует.
И третья составляющая – общество и бизнес. Мы должны давать молодым людям нормальную альтернативу, возможность получить профессиональный опыт, легально заработать первые деньги. Да и в целом, я считаю, что лучший способ бороться с любыми деструктивными проявлениями – это предложить человеку более сильный и понятный жизненный сценарий.
– Если оглянуться на старт вашей карьеры, то какие профессиональные или личные убеждения вам пришлось пересмотреть?
– В начале карьеры я был гораздо более категоричным. Мне казалось, что главное – это скорость, масштаб, результат. Сейчас я понимаю, что настоящий результат – это устойчивость. Проект должен быть востребован не только в момент продажи, но и спустя годы.
Раньше я гораздо проще относился к риску, воспринимал его как неотъемлемую составляющую бизнеса. А теперь понимаю, что риск-менеджмент – это проявление ответственности. Потому что девелопер рискует не только собственным капиталом. Есть партнеры, банки, подрядчики, покупатели, сотрудники. Поэтому зрелый бизнес – это не тот, в котором вообще нет рисков, а тот, в котором ты понимаешь каждый свой риск и знаешь, что будешь делать, если он реализуется.
– Какой из своих личных приоритетов вы считаете самым хрупким в современном ритме жизни?
– Время с семьей. Работа ведь всегда тебя найдет. В девелопменте постоянно есть что решать: звонки, встречи, стройка, документы, переговоры. И ты постоянно себя говоришь: «Решу еще один вопрос – и все». А потом оказывается, что прошел день. Или неделя. Или год. Поэтому я сознательно учусь защищать время семьи. В этом мне помогают самодисциплина, режим и делегирование.
Я считаю, что если предприниматель вынужден сам все контролировать, значит, он построил не эффективную бизнес-модель, а еще одну работу для себя. Нужно создавать команду, которой доверяешь, где каждый понимает свою зону ответственности, а руководитель может сконцентрироваться на стратегии.
А еще я стараюсь воспринимать жизнь не только как предприниматель. Например, когда мы гуляем всей семьей, я не только смотрю на город глазами девелопера, но и слушаю, что говорят дети. Иногда, кстати, они очень точно подсказывают, что в городской среде работает, а что – нет.
– Какие правила помогают вам не выгорать и всегда оставаться эффективным?
– Спорт научил меня, что результат – это не постоянная работа на пределе. Это способность сохранять форму на длинной дистанции. Я не верю в модель, когда человек работает двадцать четыре часа в сутки и считает это признаком эффективности. В какой-то момент качество решений неминуемо начинает падать. Поэтому для меня дисциплина – это не только работа, но и сон, спорт, семья, умение вовремя остановиться.
А еще спорт дал мне понимание, что нельзя выигрывать каждый день. Бывают сложные периоды, ошибки, неудачные решения. Главное – не сойти с дистанции.
Сегодня я воспринимаю эффективность не как умение работать больше всех, а как способность в течение многих лет принимать качественные решения, сохранять здоровье, поддерживать теплые отношения с близкими людьми и при этом продолжать двигаться вперед.
Потому что самый большой проект, который строит человек, – это не дом и не бизнес. Это его собственная жизнь и жизнь его семьи.